Pages Menu
Categories Menu

Опубликовано on Мар 11, 2013

Липецкая область развивает малую авиацию

Липецкая область становится центром авиации. Ещё несколько лет назад такое утверждение вызывало скептическую улыбку. Сегодня оно воспринимается почти как свершившийся факт.

И дело не только в том, что аэропорт «Липецк» получил статус международного, а под Усманью строится единственный в России многофункциональный комплекс для производства и эксплуатации самолётов малой авиации. Важно, что мощная инициатива пошла снизу. В Липецке появилось малое предприятие, которое делает мечты о небе для сотен людей реальностью. Причём его создатели действуют без какой-либо поддержки, опираясь в этом сложном и затратном бизнесе только на свои ограниченные возможности и безграничный энтузиазм. С директором ООО «Формат» Андреем Потаповым мы беседуем о сегодняшнем и завтрашнем дне малой авиации в нашем регионе.

– Андрей Викторович, вы в прошлом гражданский лётчик?

– Бывших лётчиков не бывает, ведь это не только профессия, но и образ жизни. Вот моё свидетельство коммерческого пилота гражданской авиации. Каждый год мы проходим переподготовку со сдачей зачётов и медкомиссию. Небо не отпускает своих питомцев, даже если они перестали работать по основной профессии. К моменту расформирования лётного отряда Липецкого аэропорта в нём было 105 человек. Судьба многих пилотов драматична. Кто-то пошёл таксовать, кто-то запил. Но у меня есть важная задача – вернуть их к любимому делу. Понемногу мои бывшие сослуживцы вновь обретают крылья.

– А вы как их обрели?

– Я рос болезненным ребёнком. Постоянные простуды и бронхиты перечёркивали любые мечты о какой-то героической профессии. Родители были люди сугубо гражданские: папа работал инженером на хлебокомбинате, а мама – секретарём в Липецкэнерго. Но в двенадцать лет я поставил себе задачу стать здоровым и убежал от врачей и болезней. Причём убежал в прямом смысле слова. Тайком от родителей стал бегать зимой в трусах и купаться в проруби. С той поры ни разу не простужался. Так я сам себе доказал простую истину: хочешь быть здоровым – будь им! Тот же метод я опробовал в выборе профессии. Не имея ни малейшего представления о лётной работе, поехал поступать в одно из лучших высших училищ гражданской авиации СССР, – Кировоградское. Я не только поступил в это элитное училище, но и окончил его с красным дипломом. В 1989 году пришёл работать в Липецкий аэропорт, где летал на ЯК-40. Время было интересное. Стали выполняться чартерные и заказные рейсы. С иностранными делегациями я посмотрел всю страну. Например, из Липецка мы летали на Диксон. А с женой американского посла Ребеккой Мэтлок за две недели облетели достопримечательности Средней Азии: от Самарканда до Бухары. Успел я побывать и председателем профсоюза лётного состава Липецка. Но этот интересный период длился недолго, так как вместе со страной начала разваливаться и отечественная авиация. Липецкий аэропорт не стал исключением из общего правила.

– Бывали в вашей лётной практике нештатные ситуации?

– В самолёте нередко случаются мелкие отказы, ведь это всего лишь машина. Но они не влияют фатально на безопасность до той поры, пока не складывается целая цепь событий. Среди проблем безопасности полётов большую роль играет человеческий фактор. В 1994 году я поступил в аспирантуру Московского института инженеров гражданской авиации, где написал диссертацию именно на эту тему. В ней были обобщены математические и психологические исследования на основе практики. Сделанные мною выводы подтверждаются на примере тех аварий, которые время от времени случаются в небе. Одна ошибка пилота или техника никогда не приведёт к катастрофе. Допустимы три ошибки, а четвёртая ведёт уже к непредсказуемым последствиям и трагическому финалу.

– Можете привести конкретный пример?

– В прошлом году в Каменке Задонского района наш пилот допустил капотирование ЯК-18Т (переворот через нос самолёта) при пробеге после посадки. Слава Богу, всё обошлось без серьёзных последствий для здоровья людей, чего не скажешь о самолёте, который ещё предстоит восстановить. Там наслоились сразу несколько ошибок. Разгон скорости на крутой посадочной прямой – глиссаде, посадка на три точки вместо двух и резкое торможение, в результате чего винт начал чиркать об землю. Комиссия установила, что причиной всему человеческий фактор. С этим лётчиком мы расстались. Ну а
я перечитал рукопись своей так и незащищённой диссертации и убедился в верности сделанных выводов.

– А почему не стали защищаться?

– Середина девяностых – сложное и мутное время. Нужно было думать о том, как прокормить семью. Поэтому я резко переложил штурвал своей судьбы и пошёл работать в банк. Дорос до заместителя управляющего. Пришлось побывать не только банкиром, но и налоговым полицейским. Потом занялся малым бизнесом – до сих пор владею небольшой строительной фирмой. Но об авиации не забывал никогда, летал на аэродроме ДОСААФ в Грязях. Инструктором меня невыгодно было брать, да я и не претендовал на зарплату. На­оборот – целых четырнадцать лет числился «вечным» курсантом и сам платил деньги за полёты. Конечно, больно было смотреть, как разваливалась эта некогда отлаженная, мощная организация. И вот в позапрошлом году я забрал с Грязинского аэродрома лётчиков-энтузиастов. Мы вместе взяли сломанный самолётик моего знакомого, который отстоял восемь лет в сарае. Отремонтировали, привели в божеский вид и подняли на крыло. Так давняя любовь к небу переросла в бизнес. Правда, прибыли он не приносит. Зато с каждым годом требует всё больше внимания, сил и времени. Получилось разделение: авиация для души, строительство – для доходов. Но я доволен, что занимаюсь делом, которому много лет учился и которое люблю. Когда работа приносит ещё и удовольствие, это для мужчины и есть счастье.

– Как поётся в песне, первым делом самолёты, ну а… семья?

– Жена Татьяна весь пилотаж самостоятельно открутила, дочь Ирина кроме этого ещё и с парашютом прыгает. Так что семья, которая тебя понимает и поддерживает, – это двойное счастье.

– Вы за год создали с нуля пусть небольшую, но всё же авиакомпанию. Как вам удалось сделать то, на что у других уходят годы?

– Не буду лукавить, это тяжёлый труд. Нужно было привести в порядок все документы, зарегистрировать площадки, собрать фактически из ничего самолёты. И теперь авиакомпания заработала как единый механизм. У нас летают три самолёта: Ан-2, Як-18Т и Як-12М. В качестве базового аэродрома используем пустовавшую до этого площадку «Стебаево», которая расположена в двадцати километрах от Липецка в сторону Хлевного. Также официально зарегистрировали площадку в Новой Деревне.

Но главное не это. Мне радостно видеть, какое море положительных эмоций приносит наш труд людям. Когда мы устраиваем «покатушки» в Ельце или Задонске, выстраивается очередь из желающих увидеть старинные города с высоты птичьего полёта. Знакомые монастыри и церкви, реки и леса смотрятся иначе, чем мы их привыкли видеть. Такая божественная панорама открывается, что дух захватывает. При слове «авиация» многие представляют себе большие лайнеры и уходящие за горизонт взлётно-посадочные полосы. Но обычно дорога в небо начинается с малой авиации, которая помогает испытать непередаваемое чувство полёта, увидеть бескрайние просторы нашей прекрасной земли. Сегодня это стало доступно практически каждому.

Часто люди ломают голову: что подарить человеку? Подарите ему радость общения с небом. Никогда не забуду, как у нас женщина купила брату на пятидесятилетие сертификат на демонстрационный полёт с элементами пилотажа. Оказалось, что он всю жизнь мечтал быть пилотом. Но мечта не сбылась. И вот он впервые поднялся в воздух, я дал ему подержать штурвал. Когда мы приземлились, повидавший жизнь мужчина, инвалид, расплакался, как ребёнок. Другой молодой человек заказал полёт и сделал своей избраннице предложение прямо в воздухе. Ну а я как командир самолёта и представитель власти в воздухе выдал потом официальное свидетельство о том, что предложение было сделано на небесах. Катаем и свадьбы сразу на нескольких самолётах. Часто работаем с парашютистами, которые к нам приезжают для прыжков со всех соседних областей. Только в прошлые выходные было более тридцати человек. Одна пара из Воронежа прибыла сразу после загса. Невеста прыгала прямо в фате, жених – в смокинге. Правда, их унесло в разные стороны, но они были счастливы. Ради таких мгновений можно работать, невзирая на все сложности этого бизнеса.

– Расскажите о своих единомышленниках.

– Пока их немного: восемь пилотов и шесть техников. Но это уникальные люди, настоящие фанаты авиации. Мой заместитель Андрей Кувши